Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Местная колымская топонимика и оронимы в окрестностях Кадыкчана и Мяунджи

Вынужденное пребывание дома  в связи с разгулявшимся вирусом и возраста, поместившего меня в высокую группу риска, заставило обратиться к написанию этой статьи, до которой ранее не дошли руки. Эта тема, я думаю, интересна достаточно узкому кругу лиц. Она просто добавляет некоторые топонимические и геологические уточнения для оронимов в окрестностях поселка Кадыкчан (ныне заброшенном) и поселка Мяунджа, а также, возможно, заинтересует путешествующих по Колыме.

Если с топонимами всё достаточно понятно, то напомню, что ороним – это собственное название любых форм рельефа земной поверхности, т.е. орографических объектов. Часто толкование термина «ороним» сужается до названий сопок, гор и хребтов, т.е. возвышенностей и при этом несправедливо исключаются провальные формы рельефа.

Но я здесь хочу поговорить именно о сопках и горах.

Collapse )

Из архивов

Панорама поселка связистов Куранах-Сала 1985 года, сделанная  из 6-ти фотографий. Фотографии были сделаны мной стоя на Старой Колымской трассе участка "Хандыга - Кадыкчан", построенной за два года (1941-1942) с началом войны. Направление съемки слева-направо от северо-западного до северного.



Collapse )

Возвращаясь с охоты

Возвращаясь с охоты на озере Пено.
Храм Троицы Живоначальной, что в деревне Луги Андреапольского райна Тверской области. Храм 1764 года с колокольней 19 века.
Подробнее о Троицкой церкви.



А ведь был храм и было село. Закрыли храм - храм обветшал - "Иваны, родства не помнящие" переименовали село в деревню и вся недолга. Глубинка Центральной России. Грустно и нет у меня других красок для этого храма.

Магадан 2014. У Вадима Козина.

 Магаданский Государственный Драматический и Музыкальный театр.



Театр в этом здании бывшего Центрального клуба райкома Союза золота и платины и позже названном клубом им. Горького возник из двух коллективов: театра профосоюзов Союза золота и платины и клуба УСВИТЛ. В первом коллективе играли в основном вольнонаемные, а во втором заключенные - бывшие профессиональные артисты. Здесь играл Г.С Жженов и артистом этого театра был Вадим Козин.

Дом, в котором жил В. Козин рядом с театром, буквально через улицу.





В сквере у этого дома в 2013 году была установлена скульптурная композиция - В. Козин сидящий на скамейке с кошкой на руках. Автор - магаданский художник Ю.С. Руденко.





"Певец и композитор Вадим Козин".



Фонтанчик у Козина.

Магадан 2014. Река Мякит.

После того как мы не прошли на озеро Джека Лондона из-за вспухшего от дождей Дебина, было решено поехать порыбачить на р. Мякит.
Немного фотографий с Мякита.









 Харюзовая яма






Хариус.



Сухая протока.



Белая ночь на Мяките.



Магадан 2014. Бухта Нагаева.

Утром второго дня после прилета в Магадан проснулся рано. Сказывалась разница поясного времени с Москвой. И решил прогуляться к бухте Нагаева "откуда есть пошел город Магадан". Почти два года не был.
И пошел просто пешком, благо по московским меркам от проспекта Карла Маркса, где я временно поселился в съемной квартире, до бухты было не так далеко.

А Магадан начинался на берегах этой бухты еще в далеком 1928 году, когда Ольским Советом было принято решение о строительстве здесь Восточно-Эвенской культбазы. И уже потом были образованы два поселка - Нагаево и Магадан. А с приходом сюда "Союззолота" был организован портовый пункт и уже после организации "Дальстроя" с УСВИТЛом "в качестве производителя работ" и было начато строительство города.

Нагаевская улица.





Бухта Нагаева. Утро.



Ушедший вдаль к горизонту МРТ попробовал догнать моим простеньким телевиком.



Второй раз побывал на берегу бухты в предпоследний день моего путешествия. Осмотрел новую достопримечательность Магадана - композицию "Время", установленную в 2013 году на берегу бухты ближе к торговому порту. Автор - магаданский скульптор и художник Ю.С. Руденко.
Креативная получилась композиция. Да и набережная бухты в этом месте облагородилась. Немного только подкачала погода в тот день. Грустные глаза мамонта дополняли минорное настроение от погоды и предстоящего отлета.
















Глава 48. Октябрьский - Москва. День 41-й. 20.09.2012г.

                                                                              «Еще одно, последнее сказанье —
                                                                                 И летопись окончена моя,…»

Наступило утро последнего дня моего путешествия. На сегодня я оставил примерно 1300 километров. В первый день путешествия я прошел столько же. Но тогда сил было немерено. Сегодня это будет сложнее. Усталость уже брала своё. Спокойная езда на последнем отрезке пути была бы более чем оправдана.

Встал в шесть утра. Завтракая в кафе, наметил маршрут. Пойду, пожалуй, между М5 и М7 до Владимира по тому маршруту который мы и намечали с Сергеем: Октябрьский – Бавлы (уход с М5) – Бугульма – Нурлат – Кошки – Димитровград – Ульяновск – Саранск – Лукоянов – Арзамас – Ардатов – Кулебаки – Муром – Судогда – Владимир. И дальше по М7 в Москву. Длиннее чем по М7 километров на сто с небольшим, но зато, если не считать проезд по городам, практически без трафика и представителей ГИБДД.

Пройдя около двадцати пяти километров до Бавлы я ушел на Р239 в направлении Бугульмы. И тут я просто включил Навител и доверился ему. Повел он меня по местным дорогам вполне сносного качества при полном отсутствии трафика.





Нефть тут качали со всех «щелей», попутно видимо перерабатывая, удаляя закаченную в
скважины воду, и отстаивали в танках. Впрочем, я не силен в нефтепереработке.







Второй день шел без дождей, что радовало. В это утро только утренний туман иногда создавал проблемы в населенных пунктах. Любит народ у нас ходить близко к краю дороги. Трафика в населенных пунктах с утра практически не было. В дороге практически не снимал и редко включал регистратор.







В начале двенадцатого прошел Димитровград.



И в начале первого заехал на Императорский мост в Ульяновске.





Поразила ширина зеркала Волги в этом месте. Горизонт терялся в дымке, что создавало впечатление почти морской безбрежности. Отдельно стоящие коробки судов только усиливали этот эффект.

Снял стоя на светофоре. Это, если не ошибаюсь, новый, строящийся  Спасо - Вознесенский кафедральный собор в Ульяновске. Окончание строительства намечено к концу 2013 года.



Из Ульяновска пошел по Р178 на Саранск. Пообедал в каком-то кафе на трассе.



МИГ-17 в Чамзинке был установлен в честь Героев Советского Союза, подготовленных в размещавшемся здесь в годы войны 73 авиационном полку.



Саранск обошел по объездной. И дальше по Р158 дошел до Арзамаса. К сожалению, перед
Саранском  пришлось выключить регистратор. Мой Texet стал почему-то перегреваться и самопроизвольно отключаться. Фотоаппарат тоже больше не доставал, стараясь быстрее преодолеть оставшееся расстояние до дома. Наверное, у нас с девайсами, что называется «батарейки сели». Исчерпали видимо лимит фиксации событий этого путешествия ;).

Самыми трудными в этот день были километры от Ардатова до  Владимира.  Стемнело и двухполосная дорога, петлявшая по нашему обыкновению сверх меры в сочетании с проездом деревень, требовали повышенного внимания. Во Владимир пришел ровно в полночь.

На М7 до Москвы уже не торопился. Камер тут хватает по мере приближения к столице. Одно время мы проектировали оптические кабели к базовым станциям для МТС в районе Павловского Посада и Орехово-Зуево, и по этой трассе довелось тогда много поездить. Так, что камеры помнил все.

На МКАД вышел в начале второго ночи. Приняла она меня  как родного и позволила пролететь оставшиеся сорок километров до моего дома в Митино с ветерком. Попробовал запечатлеть этот момент, но как обычно в движении ночью получилось плохо.



С трудом найдя место для стоянки около дома я, в два часа ночи, забрав из машины только документы и оружие, вошел в свой подъезд. Разгружаться сил уже не было.

ЭПИЛОГ.

Вот и закончилось это удивительное во многом путешествие, к которому я, как выяснилось, готовился почти четверть века. Я осуществил свою мечту и снова побывал на Северах. И кроме того проехал по нашей стране и посмотрел как живут сегодня люди на её необъятных просторах. Живут по-разному. Хотелось, чтобы жили лучше, но пока всё, так как оно есть. И нам, пока есть силы, и особенно молодым, работы ещё предстоит много, чтобы наладить достойную этой страны жизнь.

Уже на следующий день, выезжая на работу, зафиксировал одометр.



В последний день я прошел по одометру 1313 километров. Цифра получилась какая-то зловещая. Но к счастью ничего печального в этот день не произошло. Если произвести нехитрые математические действия и сравнить с начальными показаниями одометра 87 259 километров, то получается, что всего по маршруту я прошел 21 313 километров за 41 день. Реально, конечно, больше из-за моей резины отличающейся от стоковой.

По затратам получилось прилично. Сумму приводить не буду, но если учесть затраты на подготовку то вполне могло хватить на очень приличное двухнедельное сафари в Африке с вывозом трофеев J.

Хотелось бы поблагодарить всех, кто оказал помощь мне в этом путешествии. Выделять никого не буду, но без всех моих друзей, людей просто случайно встреченных в дороге, всех дальнобойщиков, кто помогал на рации и дороге пройти маршрут без приключений, и многих других, кормивших меня в дороге и дававших кров, вряд ли я смог бы осуществить свою мечту.

А главное, друзья, путешествуйте. Готовьте свои машины и путешествуйте по нашей необъятной Родине. Люди и страна у нас прекрасные, а достойную жизнь, как я уже писал, мы вместе наладим.

Миха передает Вам всем привет и желает новых интересных путешествий!



И в заключение песня Е.Дятлова "Моя дорога", служившая мне гимном в этой поездке.

Глава 47. Тюмень - Октябрьский. День 40-й. 19.09.2012г.

Утром встал в начале шестого. Позавтракал, и ещё затемно распрощавшись с гостеприимными хозяевами, выехал в шесть утра в направлении Екатеринбурга. До него примерно 320 километров. Трасса была не сильно загружена. Обычная трасса в неплохом состоянии в будний день.
Сергей только предупредил, что камер на этой трассе хватает и особо превышать не стоит. Так примерно и ехал. Пару раз дальнобои предупреждали о камерах.



Екатеринбург прошел около двенадцати дня и пошел в сторону Перми.



Повернув с пермской трассы в Дружинино, попал на совершенно пустую трассу достаточно приличного качества и с живописными осенними видами Урала. Всё было, так как и обещал Сергей на этом маршруте – практически пустая дорога.



Перед Михайловском дозаправился. Цены на АЗС на тот момент. Цена на 92-ой была вполне приемлемой, как и качество местного бензина.







Где-то между Михайловском и Арти позвонил Сергей и сказал, что понтонный мост в Бирске закрыт. Придется идти по запасному варианту. Так, что на сегодня маршрут примерно на 1050 километров по навигатору получался таким:
Тюмень – Екатеринбург – Дружинино - Нижние Серьги – Михайловск – Арти – Большие Карзи –Свердловское – Большая Тавра – Мясогутово – Малояз – Кропачево – выход на М5 – Сим – Уфа – Октябрьский. Принимаю это за план на сегодня, а дальше посмотрим. Всё-таки выход на М5 в Симе с трафиком фур до Уфы может существенно удлинить ходовой день.

В Арти заехал пообедать в столовую, стоящую на трассе сразу за вот этим перекрестком.





Трасса и дальше была полупустой с отсутствием каких-либо «продавцов полосатых палочек».





И тут случилась неприятность. Подъезжая к Мясогутово, неожиданно с обочины прямо под машину стартовала молодая лиса. На первом её прыжке из канавы с обочины успел только снять ногу с педали газа и погаснуть судя по видеорегистратору до 72 км/час. Вот извлёк кадр.



Шансов на втором прыжке, который на фото, у неё уже не было. Скорость машины около двадцати метров в секунду, а до лисы метров шесть. Рисковать из-за этой молодой дуры машиной  уходя на обочину, было глупо. Увы, но ей не повезло. Её ещё и защитами располосовало.

Остановился и оттащил её тряпкой в канаву на обочине. За свою сорокалетнюю охотничью жизнь перестрелял их немало. И делал это спокойно, всегда помня о том, что лисы один из видов сильно подверженных бешенству и являющихся его разносчиком. Но вот так, машиной? Такое у меня впервые. Помянув её «тихим, добрым словом», двинулся дальше.

Переехав р. Юрюзань после Янгатау увидел, что в посёлке Комсомол стоит какой-то придорожный комплекс и все проезжающие машины останавливаются на обочине. Оказалось, что здесь находится минеральный источник воды Кургазак  или по башкирски Коргазак.





Остановился тоже и набрал полную канистру этой воды. Потом поснимал немного окрестности.
Вода из бассейна стекала по каналу под дорогой в р. Юрюзань. На канале стояла стилизованная мельница.









Очень симпатичное место. Приятно остановится и есть на, что посмотреть. Вода по вкусу впечатления не произвела, но является действительно столовой минеральной.



Передохнув и окончательно успокоившись после случая с лисой, двинулся дальше на Кропачево.



И, наконец, вышел на трассу перед Симом. Фур как обычно здесь хватало.





И до темноты тащился в их колонне, лишь изредка совершая обгоны. Встречный трафик был очень плотным.

На объездной Уфы при достаточном количестве полос стало полегче. К намеченному финишу в районе Октябрьского, до которого от Уфы ещё примерно 160 километров, пришел уже к часу ночи.  Встал на стоянке у кафе «Райса» за пятьдесят рублей и заснул в машине практически мгновенно. По одометру прошел 1010км. Завтра последний рывок!

Окончание следует...

Глава 46. Тобольск - Тюмень. День 39-й. 18.09.2012г.

Утро, в полном соответствии с прогнозом, было дождливым. Почему-то это совсем не огорчило. Всё-таки привык уже, да и деваться всё равно некуда. Надо закончить осмотр намеченных достопримечательностей в Тобольске и ехать в Тюмень.

Позавтракал в гостинице. Завтрак входил в счет. Рассчитался и поехал на Завальное кладбище.

Завальное кладбище в Тобольске это всё равно, что для меня, москвича, Новодевичье или Ваганьковское. Открытый пантеон с могилами людей, имена которых составили бы честь любому столичному городу.

Когда-то Петр первый издал указ о запрещении захоронений внутри города кроме захоронений «знатных персон». Указ Петра по русскому обыкновению исполняли плохо, и уже при Екатерине указ был обновлен. Хоронить умерших было предписано за чертой города. То есть «за валом», которым обычно обносили города. Так в Тобольске за городским валом, справа от дороги, выходящей на Иркутский тракт, «близ прежде стоящего убогова дому» и появилось Завальное кладбище.



И первым делом прошел к могиле Петра Павловича Ершова.





Почему-то Ершова многие считают «писателем одной книги», имея в виду «Конька - Горбунка». Несправедливо. У него есть «Русская песня» («Уж не цвесть цветку в пустыне…») с несколькими вариантами её переложения на музыку. У Ершова прекрасная лирика, либретто к опере «Страшный меч», водевили, очень точные эпиграммы, написал цикл рассказов «Осенние вечера». И есть поэма «Сузге».

Рядом с могилой Петра Павловича скромное надгробие могилы его первой жены Серафимы Александровны Ершовой (Лещёвой, урожденной Протопоповой, умерла в 1845г.).



П.П. Ершов был трижды женат. Серафиму Павловну он взял в жены в 1839 году с четырьмя детьми. Историки пишут, чуть ли не о пятнадцати детях Ершова от трех браков, но большинство их умерло ещё в младенчестве.

Могилы П.П. Ершова и его жены находятся рядом с кладбищенской церковью Семи отроков (1776г.). Первая деревянная церковь Семи отроков Ефесских была построена где-то после 1758г. В 1772 году была заложена каменная церковь на средства тогдашнего губернатора Тобольска Дениса Ивановича Чичерина. Строительство было поручено геодезии сержанту Андрею Абарину. Об Андрее Абарине мало, что известно. Даты жизни указаны расплывчато (ок. 1740 — после 1780 г.). Есть ещё упоминание о его причастности к строительству храма во имя Святого Апостола и евангелиста Иоанна Богослова в селе Вагай.

Стиль церкви Семи отроков – смешанный, барокко с классицизмом. Четверик, накрытый кровлей-куполом и колокольня. В 1909 -1910 г.г. на средства прихожан был пристроен двухпрестольный придел во имя святителя Иннокентия Иркутского и преподобного Серафима Саровского. В церкви сохранились интересные объекты: барочный иконостас 18 века и чугунный пол 1823 года.

Этот храм единственный в Тюменской области, который никогда не закрывался в годы советской власти. В тридцатые годы здесь был центр Тобольской епархии.













Ну, и конечно, на этом кладбище покоится прах декабристов сосланных и в сам Тобольск и в окрестные селения и области. И самым известным захоронением является могила Вильгельма Карловича Кюхельбекера (1797 - 1846г.г.). Русский поэт, писатель, друг А.С. Пушкина и одноклассник его по Царскосельскому лицею.



«Мне нужно забвенье, нужна тишина:
Я в волны нырну непробудного сна,
Вы, порванной арфы мятежные звуки,
Умолкните, думы, и чувства, и муки.

Да! Чаша житейская желчи полна;
Но выпил же эту я чашу до дна,-
И вот опьянелой, больной головою
Клонюсь и клонюсь к гробовому покою.

Узнал я изгнанье, узнал я тюрьму,
Узнал слепоты нерассветную тьму
И совести грозной узнал укоризны,
И жаль мне невольницы милой отчизны.

Мне нужно забвенье, нужна тишина
. . . . . . . . . . . . . . . . .»

Это одно из последних его стихотворений «Усталость», написанное в ноябре 1845 года.

После мытарств по тюрьмам, осужденный к каторжным работам Кюхельбекер был сослан в 1836 году в Баргузин, где жил его брат Михаил Карлович. В 1840 году по собственной просьбе был переведен в Акшинскую крепость. Прожив там четыре года был переведен на жительство в деревню Смолино Курганского округа Тобольской губернии. Хотя там он почти не жил, а фактически проживал в самом Кургане.

Постепенно угасало зрение, на правом глазу было большое белое бельмо. Всё труднее было справляться с чахоткой.

У Юрия Тынянова есть роман «Кюхля». Это отрывок из этого романа о переезде в Тобольск:

«… Щепин пришел, красный, обрюзгший, накричал на Вильгельма, что тот не хлопочет о переводе в Тобольск, сказал, что на днях приедет в Курган губернатор, и сел писать прошение. Вильгельм равнодушно его подписал.
   И, правда, дня через два губернатор приехал. Докладную записку о поселенце Кюхельбекере губернатор представил генерал-губернатору. Генерал-губернатор написал, что не встречает со своей стороны никаких препятствий для перевода больного в Тобольск, и представил записку графу Орлову. Граф Орлов не нашел возможным без предварительного освидетельствования разрешить поселенцу пребывание в Тобольске, а потому просил генерал-губернатора, по медицинском освидетельствовании больного, уведомить его о своем заключении.
   Вильгельм относился к ходу прошения довольно равнодушно. Он лежал в постели, беседовал с друзьями. Часто он звал к себе детей, разговаривал с ними, гладил их по головам. Он заметно слабел.
   13 марта 1846 года он получил разрешение ехать в Тобольск, а на следующий день приехал в Курган Пущин. Увидев Вильгельма, он сморщился, нахмурил брови, быстро моргнул глазом и сурово сказал прыгающими губами:
   - Старина, старина, что с тобой, братец? Вильгельм приподнял пальцами левое веко, вгляделся с минуту, что-то уловил в лице Пущина и улыбнулся:
   - Ты постарел, Жанно. Вечером ко мне приходи. Поговорить надо.
   Вечером Вильгельм выслал Дросиду Ивановну из комнаты, услал детей и попросил Пущина запереть дверь. Он продиктовал свое завещание: что печатать, в каком виде, полностью или в отрывках. Пущин перебрал все его рукописи, каждую обернул, как в саван, в чистый лист и, на каждой четко написав нумер, сложил в сундук. Вильгельм диктовал спокойно, ровным голосом. Потом сказал Пущину:
   - Подойди.
   Старик наклонился над другим стариком.
   - Детей не оставь, -  сказал Вильгельм сурово.
   - Что ты, брат, -  сказал Пущин хмурясь. - В Тобольске живо вылечишься.
   Вильгельм спросил спокойно:
   - Поклон передать?
   - Кому? - удивился Пущин. Вильгельм не отвечал.
   "Ослабел от диктовки, - подумал Пущин, - как в Тобольск его такого везти?"
   Но Вильгельм сказал через две минуты твердо:
   - Рылееву, Дельвигу, Саше. …»

В Тобольске Кюхельбекеру стало немного лучше. Но прожил он там не долго. 11 августа по старому стилю Кюхли не стало.

«Мне нужно забвенье, нужна тишина…». Тишину он обрел на Завальном кладбище. А вот забвенье в памяти людской ему не грозит.

В Тобольске отбывали ссылку семнадцать декабристов, если считать и В.К. Кюхельбекера. Ссылка декабристов закончилась в 1856 году и многие были восстановлены в своих дворянских правах. Но могилы на этом кладбище говорят о том, что не все смогли  воспользоваться помилованием.

Могила князя А.П. Барятинского (1798 – 1845г.г.). Штаб-ротмистр Гусарского полка. Член Южного общества.



Могила С.Г. Краснокутского (1787 – 1841г.г.). Участник Отечественной войны 1812 года. Командовал Олонецким пехотным полком. В 1821 году уволен со службы в звании генерал-майора. С 1817 года состоял в Союзе благоденствия и Южном обществе.



Могилы Ф.М. Башмакова, Ф.Б.Вольфа и А.М.Муравьева.



Ф.М. Башмаков – самый пожилой из сосланных в Тобольск декабристов. Участник итальянского похода А.В. Суворова в 1799 году, а также двух войн - Турецкой и Шведской. Полковник артиллерии с 1812 года.



Фердинанд (Кристиан Фердинанд) Бернхардович (Богданович) Вольф (1795—1854г.г.), врач. Штаб-лекарь при главной квартире Второй армии. Член Южного общества декабристов. В Тобольске жил с 1845 года. Был как врач при смерти Кюхельбекера.

Александр Михайлович Муравьёв (1802 – 1853 г.г.), корнет Кавалергардского полка. Состоял в Союзе благоденствия с 18 лет.

Кроме декабристов на Завальном кладбище есть и другие могилы не менее известных людей.
За могилами декабристов покоится украинский поэт Павел Арсеньевич Грабовский (1864 -1902 г.г.), сосланный в Тобольск за  составление и распространение «Заявления русскому правительству» против зверской расправы над заключенными в 1889 г. (Монастырский бунт).



Побродив по кладбищу я все-таки  с большим трудом, но нашел могилу отца Дмитрия Ивановича Менделеева -  Ивана Павловича (1781 – 1847), а также сестры его Аполинарии Ивановны (1823—1848).



Семнадцать детей было у И.П. Менделеева. Правда многие также умерли в младенчестве или жили не долго. Дмитрий Иванович Менделеев был последним, семнадцатым ребенком в семье, родившемся 8 февраля 1834 г. в Тобольске.





Интересные надгробия увидел на этом кладбище. Могилы курганского купца Меньшикова Павла Петровича и его купеческой жены Дарьи Васильевны. Если уместно здесь такое слово, то выглядят эти надгробия достаточно креативно.







Вот еще похожее надгробие. Фишер - Ершова, наверное простое совпадение..



Время поджимало. И надо было заканчивать осмотр.

«Аллея жен декабристов» возле кладбища.











Есть у Некрасова в поэме «Русские женщины» такие строки:

«Пленительные образы! Едва ли
В истории какой-нибудь страны
Вы что-нибудь прекраснее встречали.
Их имена забыться не должны».






Еще один штрих этого города, который я как связист не могу обойти. Это Тобольская телевизионная башня, расположенная практически за оградой Завального кладбища.



Высота башни 180 метров. Одним из авторов этого проекта был Николай Васильевич Никитин (1907 -1973 г.г.), архитектор главного своего творения - Останкинской телебашни в Москве и, кроме того, участвовавший в проектировании здания Московского университета, Дворца культуры и науки в Варшаве, Центрального стадиона в Лужниках, мемориала в г. Ульяновске и монумента «Родина-мать» в Волгограде. Николай Васильевич родился в Тобольске, правда, когда ему исполнилось четыре года, семья переехала в Ишим.

Следующим объектом, который я наметил для осмотра, был дом, в котором проживала в Тобольске царская семья. Для этого мне надо было переехать в Подгорный Тобольск к Александровскому саду.





Этот дом когда-то принадлежал купцу Куклину и за долги в 1817 году отошел городской казне.
В здании тогда разместили резиденцию генерал-губернатора. И с тех пор здесь всегда размещалась губернская или городская власть.

Через сто лет в августе 1917 года в Тобольск прибыли два парохода «Русь» и «Кормилец». На первом была привезена сосланная Временным правительством после июльских событий в Петрограде царская семья, а на втором – слуги и приближенные. Среди них были  генерал-адъютант Татищев, гофмаршал кн. Долгоруков, лейб-медик Е.С. Боткин, воспитатель цесаревича Алексея – Пьер Жильяр.  С семьей прибыло 2800 пудов (почти 45 тонн) вещей. Дом к приему царской семьи был не готов, и семья с челядью проживала в каютах прибывших пароходов. До готовности дома семья осматривала окрестности и в частности, как я уже писал, осмотрела Абалакский монастырь и побывала на Лысой горе (Сузгунской сопке).

Сейчас здесь находится единственный в стране  музей-кабинет Николая II. На осмотр его времени у меня, к сожалению, не было.

В марте 1918 года в Тобольске была установлена советская власть. 13 апреля 1918 года императора, императрицу и великую княжну Марию Николаевну с приближенными вывезли на Урал. Больной цесаревич Алексей и другие дети оставались в Тобольске. А 20 мая детей Николая II и слуг посадили на тот же пароход «Русь» и отправили сначала в Тюмень, затем в Екатеринбург, где 17 июля и произошли печальные события в доме инженера Ипатьева.





Охрана царской семьи проживала рядом в доме Корниловых. Непосредственной охраной бывшей царской семьи занимался отряд особого назначения под началом полковника Кобылинского, и был составлен из отборных солдат трех гвардейских стрелковых полков: 1-го, 2-го и 4-го в числе 330 человек с 7-ю офицерами. В последствии эти «отборные» солдаты учредили солдатский комитет и постановили снять с царя погоны, а всю семью перевести на солдатский паек.





Напротив дома, где пребывала царская семья, в Александровском саду, находится часовня, тоже связанная с домом Романовых.



2 июня 1837 года Тобольск посетил наследник престола цесаревич Александр Николаевич. Для приема цесаревича был приготовлен генерал-губернаторский дом на плацпарадной (Благовещенской) площади. Этот дом был и путевым дворцом на случай приезда в Тобольск высоких гостей. Видно по старой памяти и Николая II с семьей разместили  в 1917 году в этом доме.

Жизнь императора Александра II, как известно, трагически закончилась 1 марта 1881 года. В 1882 году тобольское купечество решило поставить на плацпарадной площади каменную часовню в ознаменование посещения города Александром II. Строительство часовни завершилось в 1887 году. Освящен храм был в дни празднования 300-летия города Тобольска 2 июня 1887 года.



От Александровской площади я поехал к зданию бывшей мужской гимназии на ул. Розы Люксембург. По дороге осмотрел местный костел Святой Троицы. Про него пишут следующее:
«Во времена императрицы Екатерины II после второго раздела Польши тысячи поляков, лишенных всех материальных благ, были сосланы в Сибирь. Многие из них нашли силу и утешение в Боге.

В 1847 году в Тобольске началось возведение католического храма. Это было деревянное строение, которое оставалось единственным губернским римско-католическим костелом вплоть до начала XX столетия. 20 лет спустя, когда губернатором был поляк католик Александр Деспот-Зенович, в Тобольске был учрежден самостоятельный приход.

В 1893 году ксендз Винцент Пжесмыкий получил разрешение на возведение каменного костела. Первый камень храма Пресвятой троицы в Тобольске был заложен 15 августа 1900 года, а 23 августа 1909 года храм был освящен епископом Яном Цепляком.

После революции 1917 года, как и другие католические храмы в России, Тобольский костел был закрыт. В 30-е годы полуразрушенный храм использовали как склад. В 40-е годы здесь находилась столовая, а в 50-х он был переоборудован под кинопрокат. Здание костела было возвращено приходу в 1993 году».







Интересный вид с кремлевским холмом и православной колокольней.



И, к сожалению, не сразу разобрался где находится здание именно старой гимназии. А оно находится по адресу Р.Люксембург дом 14, прямо напротив костела. И осталось это здание только на видеорегистраторе при проезде мимо него. Вот оно, слева.



Тобольская губернская классическая мужская гимназия открыла свои двери в 1810 году. Она была первой в Сибири. Правда тогда на фронтоне здания был балкон, который когда-то украшала статуя богини Минервы - покровительницы наук и колонны центрального подъезда.  Именно в этом здании был директором отец Д.И.Менделеева – Иван Павлович. Здесь преподавал и также впоследствии был директором и Петр Павлович Ершов. Здесь не только учился, но и родился в буквальном смысле сам Дмитрий Иванович Менделеев. В его аттестате об окончании гимназии стоит подпись П.П. Ершова. Здесь также родился 15 августа 1787 года композитор и автор знаменитого романса «Соловей» Александр Александрович Алябьев (1787 – 1861г.г.). В этой гимназии учился Гавриил Степанович Батеньков (1793 – 1863г.г.) – декабрист, инженер, писатель.

Но вот, что интересно. В этом здании сейчас находится Тобольский КВД.  Потрясающе. Здание, которое может быть только музеем, служит лечебным учреждением. Жители города надеялись, что после ремонта здесь будет музей Менделеева и других знаменитых людей прославивших город. Так ведь нет – остался КВД. Бред нашего чиновничества границ не знает. Может губернатору всё-же включить голову?  КВД, конечно, тоже необходим. Но разве нельзя найти в городе для него другое, более подходящее здание или построить новое, современное? Лично я эту ситуацию отказываюсь понимать. Энтузиасты города продолжают борьбу за это здание. Бог им в помощь.

А проехал я дальше. К новому зданию гимназии, которое было построено в 1893 году  и находится по адресу Р.Люксембург дом 7. В старом здании учащиеся к тому времени уже не помещались. Сейчас здесь находится Тобольская государственная социально-педагогическая академия им. Д.И.Менделеева. Но Дмитрий Иванович в этом здании тоже побывал.

В 1899 году Министерство финансов поручило Дмитрию Ивановичу возглавить экспедицию на Урал для изучения состояния металлургической промышленности и определения мер её улучшения. Так, в 65-летнем возрасте, после почти пятидесятилетней разлуки с городом, он летом 1899 г. оказался в Тобольске. И это здание, и его классы он осмотрел самым внимательнейшим образом. И остался очень доволен тем, что учащиеся имеют все условия для учебы в просторных и хорошо оборудованных по тем временам классам. Портик с колоннами и балконом ему тоже понравились, поскольку на старом здании они к тому времени уже отсутствовали.

.




Интересно, что на здании стоит православный крест.



В здании была устроена домовая церковь. Домовой храм был торжественно освящен 30 ноября 1894 года во имя святителя Иннокентия Иркутского Тобольским епископом Агафангелом (Преображенским).

А рядом новый Нижний город. И сочетается здесь старое с новым достаточно органично.





Очередной Цуцик и тут ко мне пришел. Бедняга. Совсем промок.



Оставалось совсем немного времени до намеченного часа отъезда, и я просто ещё немного поездил по подгорной части Тобольска. Церковь Захария и Елизаветы, что на Базарной площади.





Деревянная Захарьевская церковь была построена в 1752 году. Митрополит Сильвестр повелел соорудить ее на месте, купленном у татар крестьянином М. Мухиным. В пожаре 1757 г. церковь сгорела, и на ее месте заложили каменную двухэтажную, с шестью престолами. Церковь строилась почти двадцать лет, и была полностью закончена в 1776 году. Работами заведовал мастер Андрей Городничев. Главы храма были позолочены «через огонь» на средства Тобольского купца Неволина. Прекрасный образец тобольского барокко. Сейчас уже реконструкция этого храма закончена.
А сюда реставраторы еще не добрались.







Храм Михаила Архангела.











Построен на средства прихожан взамен деревянного храма в 1745 году. Нижняя теплая церковь в честь Иоанна Богослова была освящена в 1749 г., верхняя летняя – в 1749 году. Строительство всего здания было завершено в 1759 году. Спустя три десятилетия с северной стороны храма был сооружен придел во имя Трех Вселенских Учителей и Святителей. В 1930-х гг. была разобрана колокольня. В церкви располагался кинотеатр «Художественный». Во второй половине 1980-х гг. храм отреставрирован в прежнем виде. Сейчас заканчивается очередная реставрация. Церковь построена по примеру церквей Русского Севера, так как на второй этаж ведет закрытая лестница-галерея.

Возле церкви, в доме церковного старосты купца Андрея Худякова, в течение семи месяцев проживал А.Н. Радищев. После замены смертной казни по указу Екатерины II  десятилетней ссылкой в Илимский острог на "безысходное пребывание" за издание своей книги «Путешествие из Петербурга в Москву» он следовал через Тобольск. Тогдашний Тобольский губернатор А.В. Алябьев, отец композитора А.А. Алябьева, проявил большое внимание к ссыльному писателю и разрешил ему остаться до весны в Тобольске. В Тобольске Радищев прожил с 19-20 декабря 1790 года до 30 июля следующего года.

Рядом с храмом находится здание бывшей женской гимназии. Сейчас это школа №1 г. Тобольска.







А вот так беспардонно лезут в историю никому не известные подрядчики, «лизнувшие» попутно и Сергей Семёныча, благополучно нанимающего подобных теперь и у нас в Москве.



А вот эта доска тут по праву и к месту.



Немного видов Нижнего города и Кремля на прощание.







На следующем фото, справа, немного видна кремлевская рентерея.









А о чём трубит ангел на кремлевской башне мы уже знаем.



И всё. Время моего пребывания в Тобольске вышло. Надо уезжать. Прекрасный город – одна из духовных и исторических столиц наших. Причём не после, скажем Москвы или Петербурга, а по праву в одном ряду с ними. И как же жаль, что ещё многого здесь не увидел. Доведется ли ещё раз побывать?

Из Нижнего города вышел около четырех часов  вечера на трассу по дороге ведущей к ней через питомник и направился в Тюмень. Трасса Р404 (Тюмень — Ханты-Мансийск) - двухполосная дорога неплохого качества, переходящая в четырехполлосную только за 25 километров перед Тюменью в с. Каскара. До Тюмени 230 километров. Мешал только продолжавшийся дождь. В дороге почти не снимал.  Из интересного на этой дороге был, например, мост через р. Тобол. Движение по мосту регулировалось светофором и рекомендовалось двигаться со скоростью 40 км/час по оси моста для снижения нагрузки на конструкции моста. Фактическая масса транспортных средств ограничена 30 тоннами.





В Тюмень въехал в начале седьмого и ещё почти сорок минут добирался до дома Сергея по вечерним пробкам, мало чем отличающихся от московских.



К дому Сергея подъехал в семь вечера. У него свой очень добротный дом в городе. К сожалению, во всех этих хлопотах встречи совсем забыл про фотоаппарат. И фотографий этого вечера
и радушного приема Сергеем и его супругой не осталось. Приходится в очередной раз сожалеть об этом.

Очень понравился дом Сергея, обустроенный с любовью хозяевами. Невольно вспомнился наш дом в Москве на Коптевской улице, который построил ещё до войны мой дед. Его снесли в 1965 году и дали нам взамен две квартиры в новом доме на той же улице. Детям из соседнего детского сада негде было гулять, а наш сад был под их окнами. Но свой дом в городе при наличии всех коммуникаций – это здорово!

Просидели за столом с разговорами допоздна. У нас с Сергеем много общего: оба связисты, охотники, да и комсомольская юность очень похожа. До этого всё больше на форумах общались. Но живое общение ничем не заменишь.

Перед сном сели с Сергеем у него в кабинете и пока моё дорожное видео сливалось на флешку
на компьютере хозяина, разработали мой маршрут до Владимира в обход федеральных дорог. Сергей с женой в августе ездили по этому маршруту в Дивеево. Маршрут выглядел так: Тюмень – Екатеринбург – Дружинино - Нижние Серьги – Михайловск - Большие Карзи - Свердловское - Большая Тавра – Алегазово – Караидель -  Бирск  - понтонный мост – Суккулово - переход по М7 - Муслюмово – Альметьевск – Нурлат – Кошки - Димитровград – Ульяновск – Саранск – Лукоянов – Арзамас – Ардатов – Кулебаки – Муром - Судогда - Владимир и по М7 в Москву. Сергей сказал, что завтра уточнит насчет понтонного моста в Бирске и отзвонится мне пока я буду ехать. На случай если мост будет закрыт, в качестве запасного варианта решили, что надо тогда идти через Мясогутово – Малояз – Кропачево и придется выходить на федералку М5 перед Симом. И утвердив маршрут, пошли спать. Вставать надо было рано. Выезд наметил на шесть утра.

Продолжение следует...